|
В 1939-1941 гг. вся Европа уже воевала (2-я Мировая война началась с нападения Германии на Польшу 1 сентября 1939 г.), СССР ограничивала в ней свое участие только несколькими эпизодами (аннексия части Польши, Прибалтики, Западных Украины и Белоруссии, Бессарабии, война с Финляндией). Однако советское руководство оценило масштабы угрозы, нависшей над страной.
Вставай, страна огромная…
22 июня 1941 г. на СССР обрушились германские войска, стремившиеся по плану «Барбаросса» за шесть недель уничтожить вооруженные силы СССР и захватить Москву. Этот план провалился, и блицкрига не получилось, но стремительное наступление немцев остановить не удалось.
8 октября 1941 г. ГКО (Государственный Комитет Обороны) распорядился заминировать важнейшие объекты Москвы; 12 октября Красная армия оставила Калугу; 14 октября – Калинин (совр. Тверь); также Можайск, Малоярославец, Волоколамск и Клин; танки генерала Гудериана были на подступах к Туле... Руководство страны считало, что судьбу Москвы решают считанные дни. 15 октября «…ввиду неблагоприятного положения в районе Можайской оборонительной линии ГКО постановил:
Поручить т. Молотову заявить иностранным миссиям, чтобы они сегодня же эвакуировались в г. Куйбышев.
Сегодня же эвакуировать Президиум Верховного Совета, также Правительство во главе с Молотовым (Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке).
Немедленно эвакуироваться органам Наркомата Обороны и Наркомвоенмора в г. Куйбышев, а основной группе Генштаба в г. Арзамас» [i].
Почему Куйбышев?
«Запасную столицу» логично было расположить на Волге, являвшейся важной грузовой магистралью. Более дальней территорией, пригодной к размещению 2-й столицы, мог стать Урал. Некоторые историки прочили на эту роль Свердловск. Но «столица Урала» слишком далека от центра. Японский посол в СССР, генерал Тетекава, шутил по этому поводу: «…я знаю, что Гитлер готовит свой въезд в Москву, …а Сталин – свой переезд в Свердловск, но оттуда он не сможет управлять страной». Управлять страной удобнее было с Волги. К тому же перенос столицы на Волгу имел огромное психологическое значение – в сознании народа формировали границу, дальше которой советские войска не могли отступать.
Крупных городов на Волге, способных разместить правительство и посольства, было немало – Горький (совр. Нижний Новгород), Казань, Ульяновск, Куйбышев (совр. Самара), Саратов, Сталинград (совр. Волгоград) и Астрахань. Скорее всего, автоматически отпадали города на правом (обращенном к немцам) берегу Волги – опыт обороны Сталинграда это доказывает – город, носивший имя вождя, почти полностью захватили или уничтожили нацисты, а противоположный берег Волги так и остался советским, откуда и начали контрнаступление, приведшее к «Сталинградскому котлу».
Пригодными для эвакуации столицы оставались только левобережные города Волги – Казань, Куйбышев и Астрахань. Астрахань располагалась слишком далеко к югу. Казань была национальным центром: покоренная в 1552 г. Иваном Грозным, она была потенциально опасна, а Джугашвили (Сталин) в национальном вопросе считал себя специалистом. Видимо, по той же причине Саратов не имел шанса в конкурсе на «запасную столицу» – он считался столицей поволжских немцев и, несмотря на проведенную депортацию, представлялся уязвимым в противостоянии с Германией.
Таким образом, оставался только Куйбышев. Гидроэлектростанции в то время рядом с городом не было, можно было не опасаться взрыва плотины с последующим затоплением города. Куйбышев располагал удобным железнодорожным узлом – из него можно было попасть на Урал, на Дальний Восток, в Среднюю Азию. Те же Казань и Астрахань были в стороне от этой важнейшей железнодорожной сети.
Куйбышев начала войны
В Куйбышев эвакуировали тысячи беженцев, десятки заводов с их персоналом, госпитали и т.д. Жителей города «уплотняли» - подселяли на их жилплощадь беженцев и эвакуированных. Правда, секретарю ЦК Андрееву построили дачу на берегу Волги, а семье Микояна – личное бомбоубежище.
С 17 октября 1941 г. (в тот день приняли постановление СНК СССР «О мероприятиях по местной противовоздушной обороне г. Куйбышева») город стал вечерами и ночами погружаться во тьму: на окнах из-за возможных бомбардировок (немецкие летчики однажды попытались сделать авианалет на Сызранский железнодорожный мост, но их отогнали зенитным огнем) повесили шторы из плотной черной бумаги. На стеклах (чтобы те не разлетались) наклеили белые полоски бумаги крест-на-крест. Вечерами по улицам ходили дежурные и проверяли светомаскировку. Фары редких автомобилей затемнили. Впрочем, экономя электроэнергию, лампочки жгли впол- или втреть- накала, а то и вовсе освещали безрадостный быт керосинкой.
У магазинов выстраивались длинные очереди за скудными нормами круп, жиров и хлеба (по карточкам). Хлеб давали только ржаной, привозя его на крытых фанерных фургонах, запряженных лошадями. Иногда, помимо продуктовых карточек, выдавали ордера на калоши, туфли, брюки или платья. Никто не отказывался, даже если товар не подходил, - его можно было обменять или продать. Кого не устраивала государственная торговля, шел на базар. Буханка ржаного хлеба стоила 300 р., полбутылки водки – 500. В городе было несколько киосков, торговавших пивом по 2 р. за кружку. В зиму 1941-1942 гг. вымерзли пригородные сады. Многие курильщики перешли на махорку и базарный самосад. Чай пили в основном свекольный или морковный. Изредка – с сахарином.
Власти следили за дозированным получением информации населением. В Куйбышеве и области изъяли все личные радиоприемники, а оставшиеся у общественных организаций поставили на строгий учет [ii]. Вся жизнь сосредоточилась в черных громкоговорителях, висевших на уличных столбах. Сводки СовИнформБюро с голосом Левитана (вещавшим, кстати, с местной радиостанции), звуковые письма на фронт и обратно, марши, русские народные песни - такой небогатой стала программа радио.
В декабре 1941 г. в Куйбышеве начали строительство радиоузла, по мощности не уступавшего известной всему миру радиостанции имени Коминтерна. До сих пор этот радиоузел находится в рабочем состоянии резерва.
В 1942 г. в Куйбышеве во многом благодаря инициативе председателя куйбышевского горисполкома М.А. Пылева [iii] пустили троллейбус. Необходимость его вызвала эвакуация: заводы разместили на окраинах города, на Безымянке, а рабочие жили в центре. Из-за этого сильно возрос транспортный поток между центром города и его окраинами. Увеличенная ветка трамвая и пуск электропоездов (электричка) не смогли решить проблему. И тогда 27 июля 1942 г. куйбышевский горисполком решил создать 1-ю (пробную) троллейбусную линию «Железнодорожный вокзал-площадь Революции» протяженностью 3,5 км. Всего за 4 месяца по улицам Куйбышева и Льва Толстого протянули контактные провода, на привокзальной площади устроили диспетчерскую будку и ремонтную яму, обложенную шпалами, – 1-й «ремонтный цех». Первыми водителями троллейбусов, которых обучили за те же 4 месяца эвакуированные москвичи, стали трамвайные вагоновожатые и молодежь. Из-за тяжелой ситуации военного времени среди них было немало девушек [iv]. К ноябрю 1942 г. в город прибыло из Ярославля 20 троллейбусов «ЯТБ-1» и «ЯТБ-2». В первых числах ноября 1942 г. пробный рейс совершил москвич Лущинский. 7 ноября открыли регулярное движение по улицам Куйбышева и Льва Толстого. Рейс сперва занимал 30 минут, а с открытием двустороннего движения сократился до 18-20 минут. Уже к декабрю 1942 г. 1-й маршрут перевез 163 000 пассажиров, а за первых 4 дня января 1943 г. - 34 000! 1 мая 1943 г. троллейбус пустили по долгожданному маршруту №2 - «Куйбышев-Безымянка» от Дома сельского хозяйства по улицам Полевой, Мичурина и Семейкинскому шоссе протяженностью 13,7 км. Особенностью куйбышевских троллейбусов являлось то, что они ходили только до наступления темноты [v].
Правительство
С 15 октября 1941 г. по 21 августа 1943 г. Куйбышев являлся столицей СССР. 15 октября в Куйбышев вместе с другими органами власти должно было выехать Политбюро, но по предложению Микояна от этой идеи отказались.
17 октября в Куйбышев приехали М.И. Калинин (председатель Президиума Верховного Совета СССР и член Политбюро ЦК ВКП(б)), маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов (зам. Председателя СНК СССР и председатель комитета обороны при нем, член ГКО,), А.А. Андреев (секретарь и член Политбюро ЦК ВКП(б), председатель КПК при ВКП(б)), А.Ф. Горкин (секретарь Президиума Верховного Совета СССР), М.Ф. Шкирятов (член ЦК ВКП(б) и зам. Председателя КПК ВКП(б)), Н.А. Вознесенский (1-й зам. председателя СНК СССР и председатель ГосПлана СССР, член ГКО, кандидат в члены Политбюро ВКП(б)), осуществлявший на первых этапах эвакуацию промышленности вглубь страны Н.М. Шверник (председатель Совета по эвакуации, кандидат в члены Политбюро ВКП(б)), А.Я. Вышинский (зам. наркома иностранных дел) и многие другие.
Эвакуировали Госплан СССР, часть аппарата ЦК ВКП(б), СНК СССР, ЦК ВЛКСМ, президиум Верховного Совета СССР [vi], главные управления НКО СССР и некоторые отделы центрального аппарата НКВД [vii]. Не все организации решили сразу перевести в «запасную столицу». Так, постановлением СНК СССР в Куйбышев из Саратова перевели Наркомат авиапромышленности только в 1942 г. [viii].
Один из кабинетов современного здания УФСБ (тогда - УНКВД) отделали красным деревом – ожидали так и не состоявшегося переезда Л.П. Берия [ix].
На А.А. Андреева и Н.А. Вознесенского возложили функции чрезвычайного значения: Андреев руководил политической деятельностью в районе между Волгой и Уралом, включая республики Средней Азии, Вознесенский контролировал промышленность и сельское хозяйство этого огромного региона [x].
Работы у руководителей региона резко прибавилось. М.Я. Канунников занимал пост 1-го секретаря куйбышевского обкома партии с 1940 по 1942 гг., после него до 1946 г. эту должность осуществлял В.Г. Жаворонков.
Родившийся в 1906 г. Василий Гаврилович Жаворонков стал членом партии в 1929 г., а уже в 1938 г. – 1-м секретарем Тульского обкома партии. Он возглавлял оборону Тулы, после чего был направлен в Куйбышев. Для него эта работа стала «хорошим трамплином» – в 1948 г. он стал министром торговли, в 1953-1956 гг. – председателем Госконтроля СССР.
(Продолжение следует)
Алексушин Г.В., к.и.н., профессор АВН
[i] Цит. по: Павлов А. Запасная столица. Самара, 1995. С.13.
[ii] СОГА СПИ. Ф.656. Оп.19. Д.18. Л.115.
[iii] Алексушин Г.В. Во главе Самары. Самара, 1999. С.212.
[iv] Алексушин Г. Троллейбус Куйбышева – «детище» Великой Отечественной // Суббота. 2002. 28 сентября. С.5.
[v] Алексушин Г. Самарский троллейбус // Автомикс. 1999. №15. С.16-17.
[vi] Куйбышевская область в годы Великой Отечественной войны /1941-1945/. Документы и материалы. Самара, 1995. С.7.
[vii] ГАСамО. Ф.Р-2558. Оп.6. Д.44. Л.61.
[viii] ГАСамО. Ф.Р-56. Оп.47. Д.1. Л.11.
[ix] Крепость на Волге. Самара, 2003. С.39.
[x] СОГА СПИ. Ф.656. Оп.20. Д.15. Л.29.
| 
Поиск 
